Удары по НПЗ заставляют IEA срезать прогнозы добычи нефти в РФ

IEA понизило прогноз добычи российской сырой нефти на 2026 год до 8,7 млн баррелей в сутки — на 125 тыс. баррелей ниже предыдущей оценки. Прогноз на 2027 год сокращен на 235 тыс. баррелей в сутки, до 8,6 млн баррелей в среднем.

Фактическая августовская статистика уже выглядит слабее: добыча упала до 8,36 млн баррелей в сутки, то есть на 200 тыс. баррелей меньше, чем в июле. Это на 940 тыс. баррелей ниже пикового январского уровня 9,3 млн баррелей в сутки и на 695 тыс. баррелей меньше, чем годом ранее.

Россия с апреля 2023 года не раскрывает официальные данные о добыче нефти, поэтому международные организации опираются на альтернативные оценки. Нефтегазовые поступления остаются важным источником финансирования войны, поэтому любое падение добычи или цен имеет бюджетные последствия.

Данные ОПЕК+ также свидетельствуют о слабости: в августе Россия добывала 8,718 млн баррелей сырой нефти в сутки, что на 160 тыс. баррелей меньше пересмотренного среднего показателя июля. Это увеличивает отставание от квоты в рамках соглашения.

Август стал месяцем наибольшего числа ударов по российским НПЗ — как минимум 21. Из-за повреждений перерабатывающих мощностей объемы переработки приблизились к минимумам более чем за двадцать лет, а экспортные цены давили на нефтяные доходы, которые опустились до шестимесячного минимума.

По состоянию на конец июля выведено из строя более 30% фактических и 45% номинальных мощностей нефтепереработки. Из-за дефицита топлива РФ в июле продлила запрет на экспорт бензина и дизеля еще на полгода, сократила поставки в страны Центральной Азии и ищет дополнительные источники поставок.

Что это значит

Для России это означает не только краткосрочное падение добычи, но и более длительное давление на энергетическую систему: поврежденные НПЗ сокращают переработку, экспорт топлива и вынуждают искать альтернативные поставки.

Для мировых рынков и для Украины важно, что такие оценки IEA подтверждают: удары по инфраструктуре имеют измеримый экономический эффект. Он может ослаблять финансовую базу военной экономики РФ, но также создает риски для региональных поставок и цен на топливо.