Европа рискует потерять доступ к ИИ без собственных мощностей

Лагард выступила в Вене и убеждала, что ЕС должен быть не только покупщиком технологий ИИ, но и их производителем. Европейские компании уже вкладываются в искусственный интеллект, однако значительная часть решений поступает из-за рубежа, прежде всего из США. Такая модель, по ее мнению, оставляет бизнес и государственные службы уязвимыми перед внезапным ограничением доступа.

По ее мнению, через несколько лет ИИ может оказаться в критических точках повседневного управления: проверять товары на границах, определять рискованные налоговые декларации, координировать движение поездов, следить за состоянием пациентов и обрабатывать платежи. Если эти процессы будут держаться на чужих платформах, то потеря или ухудшение условий доступа мгновенно затронет весь экономический ландшафт.

Лагард подчеркнула, что такой рычаг давления является новым для трансатлантических отношений. Несмотря на союзнический характер связей между ЕС и США, доверие подрывают споры вокруг пошлин, цифровых налогов, требований по Гренландии и присутствия в сфере безопасности. В такой атмосфере технологическая зависимость перестает быть исключительно хозяйственной проблемой.

Выход, по словам главы ЕЦБ, — ускоренное строительство европейских дата-центров и создание моделей достаточного качества, которые будут работать на инфраструктуре в пределах ЕС. Она отметила, что текущего уровня вычислительных мощностей уже недостаточно, а за десять лет дефицит может вырасти более чем в шесть раз. Лагард напомнила, что Европа уже платит за эти решения, поэтому ей выгоднее осваивать их у себя.

Экономический аргумент Лагард связывает с производительностью. Быстрое внедрение ИИ способно повысить производительность примерно на 4% в течение десятилетия, и это имеет существенный эффект для бюджетов, поскольку растет налоговая база и снижается давление на публичные расходы. Вместе с тем зависимость от американских технологических гигантов создает и финансовые риски: большие потребности в капитале могут повышать стоимость заимствований в Европе, а пенсионные сбережения, вложенные в акции таких компаний, становятся чувствительными к рыночным коррекциям.

Что это значит

Для обычного пользователя это означает, что ИИ перестает быть только удобным сервисом и становится частью критической инфраструктуры. Если европейские банки, больницы, таможни или транспортные системы будут зависеть от иностранных моделей и дата-центров, политические решения за пределами ЕС могут влиять на качество и цену услуг.

Для бизнеса и государства сигнал прост: инвестиции в локальные вычислительные мощности, открытые или управляемые европейские модели и регуляторную ответственность становятся вопросом не только конкурентоспособности, но и суверенитета. Без этого Европа может сохранить доступ к технологиям, но терять право определять условия их использования.